Вышел 1-й том комментария Библейская Динамика на английском

Его можно приобрести здесь https://www.amazon.com/dp/1949900207

Приобретите и подарите своим англоязычным друзьям - это ваша огромная поддержка нашей деятельности!




Леонид Гроервейдл●●Кое-что о наших соседях●Часть 11

Материал из ЕЖЕВИКА-Публикаций - pubs.EJWiki.org - Вики-системы компетентных публикаций по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск

Книга: Кое-что о наших соседях
Характер материала: Эссе
Автор: Гроервейдл, Леонид
Дата создания: 18/11/2011. 
Часть 11

Содержание

В Лоде

В 1997 году, после тяжёлой и продолжительной безработицы я нашёл работу в Лоде.

На своей работе (в большой фирме) я встретил двух арабов. Один был старик из экспедиции, развозивший по отделам входящую почту и собиравший исходящую. Второй заведовал обновлением версий программного обеспечения у заказчиков.

Ганей-авив и рядом

Ганей-Авив

Снял квартиру в новом районе города – Ганей-Авив.[1] С одной стороны он примыкал к объездному шоссе. За шоссе был здоровенный пустырь, за которым виднелись дома старого Лода. С трёх прочих сторон были кварталы свежепостроенных арабских вилл. С одной из сторон был арабский магазин, фасадом на улицу в сторону Ганей-Авив. В разговорах жителей этот магазин назывался «у арабов». Иногда там бывало дешевле, чем в других магазинах района. Я туда не ходил.

Район продолжал строиться. Метрах в пятистах от нашего дома стояли жилые вагончики («караваны»), где жили румыны – строители. Иногда они сидели в кабачке напротив нашего дома (тоже «караване»), а по своим праздникам гуляли всю ночь с громкой музыкой. Впрочем, очень красивой, совсем не мешавшей спать.

Первое, что я увидел, приехав в контору маклера снимать квартиру – патрульную машину охранной фирмы на улице. В ней ехали два толстых усатых араба.

От Ганей-Авив до моей работы надо было ехать на междугородном автобусе. Упустил его – поезжай на центральную автостанцию Лода, а оттуда на другом автобусе. Или километра полтора пешком – не проблема. Денег у меня почти не было, бешеному голодранцу сто километров – не крюк, поэтому первые несколько месяцев я ходил и на работу, и домой пешком. Как минимум, часть пути. Мимо арабских домов старого Лода. На некоторые из них я смотрел сверху вниз, с мостика над каким-то переездом. Картина была та же, что в Йерихо. За грязными серыми дувалами аккуратные немаленькие дома с садами и огородами.

Дорогу из Лода к аэропорту, по которой лежал мой путь на работу, в это время перестраивали. В конце появилось современное четырёхрядное шоссе. Посреди пути от города до моей работы стоял арабский дом под углом 45 градусов к дороге, углом на проезжей части. Обходить его надо было по дороге. На другой стороне шоссе стояли, метрах в 50 от тротуара, дома бывшей арабской деревни, влившейся в город. Между домами и тротуаром постоянно сновали чумазые детишки, иногда с осликом или парой-тройкой коз.

Рядом с центральной автостанцией была здоровенная мечеть.

Арабы в Лоде - первое впечатление

Арабы Лода были несколько иные, чем в Назарете. Я почти не видел христиан, хотя формально они там есть. Недаром в этом городе родился святой Георгий (тот, что «держит в руце копие, тычет змею в жопие»). Женщины в балахонах и платках, многие мужики ходили в широченных белых галабиях и белых куфиях прямо по городу. Когда вечером я встречал такое опудало на тротуаре, обойти его было невозможно. Хочешь – отпихни его в сторону, хочешь – сам сойди с тротуара. Я почему-то сходил на проезжую часть.

Часто попадались бедуины – куда смуглее, чем на севере. Старики в коричневых шерстяных балахонах и старухи в огромных платках (скорее простынях) до пояса пасли коз и овец около шоссе и прямо под окнами моей работы. Дамы помоложе ходили в подпоясанных бархатных платьях, чёрных или темно-коричневых с вышитыми крестиком узорами на груди и на спине, в белых платках обычного размера.

На остановке в Ганей-Авив, где я время от времени садился в маршрутное такси, часто садилась в него же высокая упитанная старая негритянка в полном бедуинском доспехе. Черты её лица ясно указывали не на Судан или Сомали, а точно на Центральную Африку. Пару раз я видел её в центре Лода с внучкой лет семи. Это выглядело забавно – девочка была почти точной мини-моделью бабки, с поправкой на возраст. В точно таком же платье и платке.

Один раз, ковыляя утром на работу мимо арабского хутора, я обогнал девицу, имевшую на голове поверх стандартного платка чёрную тряпку, закрывавшую всё.

По центру города тогда таскалась фигурка, замотанная в чёрное вся, без единой щёлочки. Судя по размерам и походке, это должна была быть сухонькая скрюченная старушка. Но больше подобного не попадалось.

Хулиганство и наркотики

По улицам Ганей-Авив шлялись компании арабских подростков из соседних домов. Я очень быстро узнал, что обстановка дрянная. Ребятки хулиганили, портили автобусные остановки, приторговывали наркотой, приставали к девушкам.

С ними никто не хотел связываться. Было известно, что за драку с арабами легко угодить в КПЗ (где полно тех же арабов), а потом затаскают по судам. Причём у них деньги на адвоката есть, в отличие от преимущественно русскоязычных (и небогатых) жителей Ганей-Авив.

Возле моего дома был опорный пункт гражданской охраны. Я туда не ходил, поскольку не менял прописку и продолжал числиться при полиции Нацрат-Илита. Там и выходил на дежурство, возвращаясь на выходные домой – к родителям, тестю с тёщей и телевизору.

Часто приезжала полиция. Но в Лоде полиции не хватает никогда. Это всеизраильская столица наркотиков. Те дома, мимо которых я ходил с работы на центральную автостанцию, были «наркоматами». Говорили, что в каждом дувале есть дырка. Подходи, суй деньги – обратно вылезет порция дряни. Скорее всего, самосадной. С тех самых грядок между деревьями. А детки – сторожевые животные. Увидят подозрительного – предупредят родителей. Я быстро был определён как неинтересный объект, и ко мне перестали подходить.

Само собой, в городе не было проблемы достать и более страшные зелья. На центральной автостанции побирались типы с совершенно ужасными, неживыми лицами. Было ясно, что с ними, и на что им деньги.

Ещё более скверная обстановка на другом конце города, около станции железной дороги. Вплотную к ней стоят домики довоенной постройки, так называемый Городок поезда (Кирьят ракевет). Там в любое время могут ограбить, избить, порезать. Поэтому в Лоде никто не ездит на поезде.

В городе дислоцирован батальон жандармерии (пограничной стражи). На случай, когда полиции не хватает.

Доставили людям удовольствие

Однажды (дело было в воскресенье - первый рабочий день недели) после работы я поехал в торговый центр Ганей-Авив. Возле одного из магазинов сидели румынские строители с банками пива в руках и что-то довольно обсуждали. Жители и хозяева магазинов тоже обсуждали. Как выяснилось, в субботу очередная компания арабской шпаны загуляла в румынские «караваны».

У тех как раз кончилась рабочая неделя, они немножко выпили и хотели культурного досуга. Арабы привыкли, что с ними никто не хочет связываться, и полезли на скандал. Это было ровно то, чего жаждала поэтичная румынская душа вдали от родины. Как отделали молодых придурков – это и было темой красивых комментариев, похожих на обсуждение болельщиками футбольного матча.

Блокада арабскими кварталами

Вокруг Ганей-Авив в момент его основания было пустое место. Когда я в нём поселился, с трёх сторон уже стояли арабские кварталы, сравнимые с Ганей-Авив по площади. Там всё время строились новые арабские дома и достраивались существующие. Я ещё успел увидеть, как на пустыре за дорогой началось строительство новой мечети – самой большой не то в Израиле, не то во всём регионе.

В то время в городе активно шёл процесс выживания евреев из их квартир. Путём порчи машин на стоянке около дома, поджогов почтовых ящиков и дверей, гажения на лестничной клетке, преднамеренного шума и нападений малолетних гадёнышей на детей. Результат такой тактики – продажа квартиры и отъезд еврейской семьи. Так становились чисто арабскими дом за домом, улица за улицей.

В сочетании с обстройкой кругом арабскими домами тактика работала замечательно. Об этом постоянно шёл разговор на работе, в газетах и в предвыборных листовках к предстоящим муниципальным выборам.

Незаконное строительство

А самое весёлое в Лоде – арабский самострой. У нас принято, что дома в городе строят с разрешения городских властей. Под надзором городского архитектора, инженера, пожарных и т.д. А кто без полного комплекта бумажек натянет плёнку на свой забор или застеклит балкон, того оштрафуют и потребуют вернуть всё в исходный вид. А не то придут и сами вернут, а хозяину представят счёт за работу.

Но на арабов, по крайней мере, в Лоде, это не распространяется. Строители в этом городе давно забыли дорогу в муниципалитет.

Таких домов в городе уже сотни.

На хозяина незаконного дома городские власти подают в суд. Суд долго судит и решает: снести дом. Подаётся апелляция в следующий по старшинству суд. Потом в Верховный суд. Длится всё это годами. А пока что дом стоит, и в нём живут.

Во время моего пребывания в Лоде как раз дошёл до конца один такой процесс. Верховный суд подтвердил решение о сносе, и дом развалили. Бульдозеры работали под охраной жандармов, перед толпой бросающих камни арабов. После разрушения дома сразу начался сбор денег на его восстановление. Прибывший на место депутат кнессета Шимон Перес призвал разрешить это восстановление – в виде исключения…

В стреляющей глуши

Я, слава Б-гу, при этом не присутствовал. Читал в газетах, что было, пока я сидел на работе. И когда арабы закидали камнями машины, въезжавшие в Ганей-Авив, я тоже работал. После этого я перестал ходить там пешком.

А когда по радио передали о перестрелке в некоем кафе, я вспомнил, что накануне проходил мимо того кафе. Стреляли в главаря какой-то банды наркоторговцев.

Зато, проезжая в автобусе по крайней улице Ганей-Авив по пути домой, я услышал стрельбу из двора одного из арабских домов. Стреляли много и беспорядочно, и было понятно, что там просто тир. С боевым оружием…

Примечания

  1. Сады весны (иврит)


К оглавлению.